- Спасибо тебе тетя Люба, а на какой машине они приезжали?

- Так на обыкновенной, на белой.

- На белой это хорошо, а какая марка?

- Я в этом не разбираюсь, машина она и есть машина. Ну вот такая же как у тебя только белая, а стекла на ней черные.

- Понятно, а они друг друга по именам называли?

- Не припомню, далековато мне до них было, плохо слышно.

- Ну что ж и на том спасибо.

- Спасибом тут не отделаешься. - Справедливо заметил Трофимыч.

- Господи, ну конечно. - Суетливо спохватился я. - Но где в такое позднее время можно взять? Половина второго.

- Было бы на что, - ухмыльнулся Федорыч, - а где, это мы сами скумекаем.

- А где будем пить за мое воскрешение? - Передавая деньги осведомился я.

- А вот к Любе, к твоей спасительнице и пойдем. - Порешил мэр. - Не выгонишь?

- А чего мне? Наоборот хорошо. Люди в избе. А то я страху - то сегодня натерпелась. Не приведи Господь.

Празднование воскрешения из мертвых затянулось до утра. Только с рассветом пьяные и сытые старики расползлись по домам, а я с позволения бабы Любы, на пару часов прикорнул на её кухонной койке.

С перебинтованной гудящей головой, как во сне, в десять утра я уселся за руль.

- Ну что, Константин Иванович, надеюсь последний инцидент заставит вас поумнеть. Можно сказать с того света вас вытащили.

- Безусловно, господин Гончаров, теперь я буду осторожнее. Однако ответьте мне, что означало это нападение?

- Оно означало простую истину, если ты и впредь будешь совать свой нос туда куда тебя не просят, ты его попросту лишишься. А ещё это означает, то что бандиты не оставили своей идеи завладеть церковным добром. Но тебя это больше не должно волновать, разумеется если ты собираешься ещё немного пожить.