Я киваю им, и они послушно кивают в ответ. Здоровяк насмехается надо мной, и я строю ему игривую рожу. Я выстреливаю одним шаблоном, и девушка разражается смехом. Он пытается получить её внимание, но она всё ещё обращена ко мне. Она его не слышит. Буквально, она его не слышит. И чем больше он говорит, тем больше она его не слышит, потому что факт того, что он разговаривает с кем-то, кто на него не реагирует, только ещё понижает его статус. Он делает последнюю попытку в отношении меня, и я игнорирую его слова. Он обвивает её руками из-за спины. Это единственное, что ему осталось. Но я продолжаю говорить, как будто ничего не происходит. Я понижаю голос, чтобы он мог слышать лишь часть того, что я говорю, а остальное — нет. Он нагибается, когда я это делаю, и я продолжаю, что означает что он прогибается под меня и заискивает, в то время как её влечение на пике. Она поддерживает со мной глазной контакт и уворачивается от него, как будто ничего и не было. Вот и всё. Он спекся.

Она шепчет мне, что он ей не нравится. Или, возможно, что он весь вечер покупал ей выпивку, и он неудачник. По правде, он ей очень нравился. Она солгала, но это не её вина. Она заперта в матрице биологии и социальных ценностей. Со мной общалась отнюдь не сознательная её часть. На самом деле завтра, когда мы пойдём гулять, она даже не вспомнит тех необычных обстоятельств, при которых я взял её номер или что она сказала, что ей не нравится парень, с которым она была. Всё, что она осознаёт — это свое влечение. Она не понимает, что я узурпировал социальную ценность её группы, чтобы поднять свою.

В таком ключе проходит многое из социальных взаимодействий. Я соблазняю барменшу. Она — 10. Справа от меня — 8, пытающаяся со мной заговорить. Десятка видит это и слегка заинтересована. Когда она подходит, я отворачиваюсь от 8 чтобы поговорить с 10. «Десятка» видит, что 8 расстроена. Волнует ли её это? Нет. Вместо этого, 10 улыбается, прикасается ко мне и начинает задавать вопросы. Дело пошло. И так и продолжится.