- Хорошо, в таком случае немного подождите, пока я соберусь и подгоню машину.

- Собирайтесь, я буду внизу.

Не успела за ней закрыться дверь, как из комнаты вылезла моя язва:

- Что, Гончаров, городских шлюх тебе уже не хватает? На деревенских коров потянуло? В коровнике-то да на навозе! Экзотика! Потаскун, глаза бы мои тебя не видели. Когда домой явишься?

- Как только всех коров покрою, - надевая кожаную куртку, пообещал я.

- Ты зачем хорошую вещь берешь? - въедливо зашипела она. - Для твоих коров и старая, красная, сойдет.

- Как скажешь, - миролюбиво ответил я, натягивая брошенную мне куртку.

- Подожди!!! - заорала она вдогонку. - Забери своего свина!

- Оставь себе для развлечения. Экзотика! - со вкусом ответил я уже на лестнице.

Фермерша ждала меня за рулем "Волги", и едва я успел сесть, как она, резко рванув с места, помчала меня прочь от Милкиного зудения. Мы долго ехали не разговаривая, пока я не похвалил ее колымагу.

- Это точно, тачка надежная! - с гордостью отозвалась она. - С семьдесят шестого года бегает и хоть бы ей что. Не то что нынешние жестянки, на десять лет не хватает. Раньше умели делать.

- Так уж прямо с семьдесят шестого?

- А зачем мне врать. Ее отец купил, когда мне три годика было. На ней не только я училась ездить, но и сестры.

- А как зовут ваших сестер?

- Старшую Танькой уже тридцать два года кличут, она у нас вроде хозяйки. А младшая - Клавка. Ей только двадцать два. Наш отец ее больше всех любил. Ничего удивительного, так всегда бывает, мы особенно за это на него не обижались. Константин Иваныч, я не хочу вам про них ничего рассказывать, чтоб заранее никакого наговора на них не было. Вы сами посмотрите, сами и выводы сделаете. Я вот думаю, как мне вас представить, чтоб они не всполошились, я ведь втайне от них поехала. Узнают - на куски меня раздерут.

- Представьте женихом, - внутренне усмехнулся я.