И вот наступил долгожданный момент: наша спутница, показывая глазами на реку, дала понять, что мы приближаемся к условленному месту. Усиленно забилось сердце. На том берегу была Румыния. Первая цель нашего длительного и трудного путешествия была здесь, рядом. Машина замедлила ход, и наша покровительница сказала:

— Прыгайте тут. Счастливого пути!

Мы поцеловали ей ручку, а с шофером обменялись крепкими рукопожатиями и через минуту оказались в ледяной воде. Река была мелкая (вода не доходила нам даже до пояса), но быстрая, и это затрудняло движение. Из-за скользких камней мы ежеминутно теряли равновесие. Когда мы добрались до противоположного берега реки, которая в этом месте имела около сорока метров ширины, машина повернула обратно. Дочь лесничего на прощанье помахала нам платочком, мы в ответ поклонились. Автомобиль ушел, а мы устремились к лесу.

Здесь была уже Румыния.

Сейчас, много лет спустя, все это кажется простым и легким, но сколько мы тогда пережили, может представить себе только тот, кто сам совершал подобные путешествия!

Мы все больше углублялись в лес. Горная дорога была крутой, и идти по ней было очень тяжело. Со всех сторон нас окружали высокие хвойные деревья. Ни патрулей, ни пограничной охраны — вообще ни одной живой души. Мы решили добраться до нашего ближайшего консульства в Черновицах. Богданович благодаря многочисленным знакомствам еще в Польше заполучил себе румынскую визу, поэтому ему ничто не грозило. Я же, не имея визы, мог быть задержан местными властями.

За несколько часов ходьбы мы удалились от границы, вероятно, километров на пять. Подошли к какому-то горному лугу, на котором виднелось несколько домов, а так как мы чувствовали усталость и голод (было около двух часов дня), то решили войти в одну из хат, отдохнуть и чего-нибудь поесть. Кроме того, следовало разузнать, где мы находимся и далеко ли отсюда до Черновиц. Мы вошли в дом, стоявший немного в стороне от других.