– Сегодня мы разрабатываем три крупнейших программы. Первая – это фундаментальные исследования и разработки в области науки. То есть, то, что предшествует опытно-конструкторским работам.

Вторая – «Национальная технологическая база», в рамках которой мы «под ключ» получим готовые технологии нового уровня. Тут главная идея состоит в том, что за 1990-е годы Россия настолько отстала от Запада, что у нее нет времени идти по «догоняющей траектории», и поэтому есть только один выход: искать точки прорыва, в которых мы обгоняем весь мир. В этом плане наше министерство стремится применять формы рискового, венчурного инвестирования. Нам удалось провести в 2000 году венчурную выставку-ярмарку, которая дает сейчас весьма интересные результаты. По некоторым программам мы получим прибыли до 400-500 процентов годовых.

В венчурной области министерство работает бок о бок с фондами – поддержки фундаментальных исследований, поддержки малого и среднего бизнеса, например. Частично венчурное финансирование поведет государство (10-15 процентов), которое сыграет роль «запала», до 35 процентов дадут целевые фонды, а остальное придется на долю частных инвесторов.

Примеры наших возможных прорывов? В самом начале своей деятельности я говорил о поддержке работ над отечественным суперкомпьютером «Эльбрус». Но если год назад предел его быстродействия достигал 250 миллиардов операций в секунду, то теперь – уже 470 миллиардов. Мы готовим уникальные коммутационные системы на основе новых кристаллов, которые обеспечат соединение обычных компьютеров в суперпроизводительные системы.