В уже упомянутых письмах на высочайшее имя он сообщает, что, отрекшись от евреев сорок лет назад, смог, однако, креститься только после смерти «чрезвычайно набожной <…> жены» 1 января 1845г. Найденное мною в Государственном архиве Житомирской области, в фонде Волынской духовной консистории, «Дело о просвещении св. крещением жителя г. Житомира Мошка Исаковича Бланка» проливает свет именно на этот эпизод.

Дело открывает прошение самого Бланка (писанное чужим и мало разборчивым почерком, но им собственноручно подписанное) от 27 сентября 1844г. на имя волынского викария и епископа Острожского Анатолия, в котором он между прочим сообщает, что «отректись иудейской веры» и стать христианином его побудило, в частности, неприятие талмудического толкования о пришествии мессии (о том, что он явится только тогда, «когда все иудеи будут благочестивые или грешные») и опасение, что вследствие слабого здоровья и преклонных лет он может внезапно умереть «без душеспасения».

В другом документе — справке житомирского полицмейстера, датированной 27 октября того же года и представленной Бланком в Волынскую консисторию, — сказано, что имеющий от роду 86 лет староконстантиновский мещанин Мошко Бланк «поведения добропорядочного, под судом и следствием не состоит», что у него есть сын Александр сорока лет (т.е. дед Ленина, тогда инспектор Пермской врачебной управы) и дочь, 46-летняя Любовь, живущая в Житомире и занимающаяся «повивальным искусством» (о ее дальнейшей судьбе ничего неизвестно).

Упоминается также, что его «дети уже приняли христианскую религию по обряду православной церкви» и что сам Бланк «еврейского закона, как он объявил, постоянно не содержал, потому что, живя при <…> дочери своей Любови, употреблял пищу христиан, противную для евреев»… (О других мотивах здесь речь не идет.)

Остальные документы, за исключением расписки М.И.