Дальше все прошло по плану. Игнат сдал задом к гаражу. Пока он выгружал пачки упаковок для фирменной пиццы, Ольга незаметно прошмыгнула в пикап.

Жена у Арбузова была красивая, ухоженная. И даже опухшее от слез лицо и черные круги под глазами были не в силах скрыть ее красоту.

До вчерашнего вечера у них была просто-таки образцовая «новорусская» семья. Теперь же все стало по-другому. Оказавшись в тесном грузовом отделении пикапа, они почувствовали взаимную неловкость. Словно два совершенно чужих человека в кабине лифта.

Глядя куда-то в угол, Арбузов сунул жене пакет с оранжевой униформой и нарочито грубо сказал:

– Надевай! Быстрее!

Ольга украдкой покосилась на мужа и совсем тихо спросила:

– Зачем это, Олег?

– Надевай, я сказал! – прикрикнул Арбузов.

– Сворачиваться, Олег Степанович? – стоя к пикапу спиной, спросил Игнат.

– Да, поехали. Покружишь немного, потом я позвоню…

Несколько секунд спустя двери багажного отделения закрылись. Залепленные пленкой небольшие окошки света почти не пропускали.

– Так зачем это, Олег? – снова спросила Ольга.

– Затем, что я сказал! – грубо ответил Арбузов.

Со вчерашнего вечера он ни разу не назвал ее по имени. Как будто она была какой-то тумбочкой. И в глаза тоже не посмотрел. Ни разу.

Ольга вздохнула и принялась в темноте и тесноте натягивать комбинезон. При этом она непроизвольно дотронулась до Арбузова. Он промолчал, только с брезгливой гримасой отодвинулся подальше в угол.

Игнат тем временем попрощался с Катериной, завел двигатель и осторожно выехал со двора. Вскоре пикап влился в поток машин, движущихся по улице Маршала Бирюзова.

Арбузов подался к заднему окошку, осторожно подковырнул ногтем пленку и занялся уже привычным делом – принялся следить, нет ли за пикапом «хвоста».