— Лейтенант Рябчуков! Под Ровно есть местечко Олыка, где живет князь Радзивилл
— Есть!
Мы приехали в эту Олыку, охрану ликвидировали сразу. Я смотрю — у него, оказывается, бетонная дорожка за прудом, на ней самолет. А со мной счетверенка, зенитные пулеметы «Максим». Выходит ключник с большими ключами, поляк, представился — по-русски неплохо разговаривает. Я спрашиваю:
— Радзивилл у себя?
— Да.
— Кто еще есть?
— Жена его у себя и прислуга.
— Веди меня к нему. Сколько у него комнат?
— 380 комнат в замке. И четыре башни по углам.
Я прихожу:
— Лейтенант Рябчуков! Приказано вас доставить в Шепетовку.
Жена Радзивилла в истерике. Он ей:
— Поедем! Сколько жене можно прислуги взять?
— А сколько у нее?
— 12 человек прислуги.
— Ну, 12 я не возьму, а одну прислугу возьму. Потому что мне их всех на машину сажать и отправлять в Шепетовку, а там еще счетверенки.
Она снова в истерику:
— Как же я без той-то, без этой?
— Будет у вас и прислуга, все будет. Там, в Советском Союзе, вопрос решите.
И я их отправил, вернулся, командиру дивизии доложил о выполнении задачи. Он говорит — мне уже позвонили.
28 сентября прошла демаркационная линия по рекам Сан и Буг от Перемышля до Бреста. Та сторона, левая, немцам отошла, правая сторона — нам. И 28 ноября по тревоге дивизию нашу посылают в Финляндию. Мы, конечно, не имели еще даже представления о финской войне и о Финляндии. Как говорят, в пилотках, гимнастерочках, шинелях приезжаем туда. Холод! Мороз такой! Ну, нам быстро валенки, полушубки выдали. Служить мы там начали 30 ноября 1939 года, а закончили 14 марта 1940 года.
После Финляндии нас посадили в эшелоны и отправили на румынскую границу. Бессарабия и Буковина еще с 1918 года были оккупированы, и Советский Союз предъявил им ультиматум: или война, или уходите. Когда мы приехали, у румын какая там армия была — артиллерия на быках перевозилась. И когда они посмотрели, какая Красная Армия пришла, запросили мира. Буковина и Бессарабия отошли к нам, часть к Украине, часть к Молдавии. Таким образом закончилась румыно-бессарабская эпопея.