Последний дар Лебеди — она сама. Как влюбляется в нее Гвидон? По слухам, как Джауфре Рюдель. Сравним:

Гвидон:

На свете Говорят, царевна есть, Что неможно глаз отвесть… Готов душою страстной За царевною прекрасной Он пешком идти отсель Хоть за тридевять земель.

Рюдель:

Надежду в горести моей Дарит любовь издалека, Но грезу, сердце, не лелей К ней поспешить издалека. Длинна дорога — целый свет, Не предсказать, удач иль бед, Но будь как Бог определил!

Интересны отношения царевны-Лебеди и царицы. Они — самые идиллические. Царица сразу благословляет брак своего сына, даже не спрашивая — кто сия красавица, откуда она. Хотя из текста сказки не явствует, что Гвидон что-то рассказывал своей матери о царевне. И в дальнейшем царица и царевна выступают только вместе. Когда Салтан приезжает на остров, его встречает только Гвидон, а уж возле дворца показывается молодая княгиня:

А сама-то величава, Выступает будто пава И свекровь свою ведет…

Вопрос: кто из двух женщин — Мелизанда? Я полагаю, что обе. Ранее уже говорилось, что Дальней Любовью трубадура иногда считали старшую Мелизанду, королеву Иерусалимскую, чаще — младшую, графиню Триполитанскую. Поэтому можно предположить, что мать Гвидона и его жена — дальние родственницы. Волна недаром вынесла бочку именно на этот остров. Обе дамы связаны с морской стихией.

Спрашивается, какое отношение змея-Мелюзина имеет к Лебеди? В мифологии мотив превращения у змеи и лебедя — один и тот же (см. широко известную энциклопедию «Мифы народов мира»). В мифе о деве-лебеде лебедь оставляет на берегу одежду из перьев, а прекрасный юноша похищает ее. Девица не может вернуть себе прежний птичий облик и становится женой юноши, ставя ему некое условие — некий запрет. Юноша нарушает запрет, его жена обретает одежду и улетает.