- Открывай! Живо!

- Яволь! - Часовой приложил руку к козырьку фуражки, побежал к воротам.

Медленно раздвинулись стальные створки, прозвенел электрический звонок, оповещающий сторожевые посты о том, что на территорию замка вступает гость.

Мягко урча мотором, «Линкольн» прошел по зеленому туннелю, под вековыми пихтами, и неожиданно выскочил на огромную, залитую лунным светом альпийскую лужайку. За дальней границей лужайки возвышался мрачный замок. Стены его были сложены из каменных глыб, потемневших от времени и увитых кое-где плющом. Островерхая черепичная крыша, когда-то малиновая, стала мшисто-пепельной.

Сыростью подземелья повеяло на Джона Файна. Он надел пиджак, снял шлем и направился в замок.

По гранитным ступеням лестницы парадного входа спускался человек в охотничьей куртке, в зеленой шляпе с пером, пышноусый и пучеглазый. Подойдя к приезжему, он почтительно, с угодливой улыбкой сказал по-английски с сильным немецким акцентом:

- Сэр? Шеф назначил вам свидание не в офисе, а в русской биллиардной. Прошу следовать за мной.

Человек с пышными усами проводил Файна в замок боковым, черным входом. Деликатно постучав костяшками пальцев в дубовую филенку высокой резной двери, немец почтительно замер прислушиваясь.

- Да, да. Входите!

Служитель распахнул дверь и молча исчез. Джон Файн перешагнул порог и очутился в так называемой «русской биллиардной» - огромной угловой комнате, обшитой дубовой панелью. Диана, богиня охоты, вырезанная из дерева и подвешенная на толстых бронзовых цепях к темным потолочным балкам, держала в руках большой, светлого дерева обруч, в который по всей его окружности были ввинчены электрические лампочки, льющие на зеленое сукно биллиардного стола матовый свет. На всех четырех стенах висели чучела медвежьих и волчьих голов, оленьи рога. Под ними стояли шкафы с книгами в кожаных переплетах, с бутылками и набором стаканов, рюмок, бокалов, с биллиардными киями и шарами.