– Ты опаздываешь, Оман. Нехорошо заставлять старших ждать.

Сержант ответил:

– Я прибыл вовремя, пил кофе, отслеживая обстановку, или Шота не доложил тебе об этом?

– Доложил, но в перестраховке нет никакой необходимости. Мои люди контролируют ситуацию.

– Это хорошо.

– Да, это хорошо. Что имеешь сказать?

– Наш взвод уходит к Катавану послезавтра, в понедельник утром.

– Так. Значит, следующую неделю на блокпосту будешь ты с Жаровым?

– Точно.

– Тогда караван пойдет в ночь со среды на четверг. В полночь он дойдет к утесу. Проводник будет ждать сигнала на три часа. В общем, все, как всегда.

– Хорошо, Расул. Караван пройдет через пост.

Расул усмехнулся:

– Не сомневаюсь. Как ведет себя старший лейтенант?

– Нормально. А как он еще может себя вести?

– Не нервничает? Иногда, знаешь, люди, связанные с нашим бизнесом, начинают нервничать. С Жаровым не происходит подобного?

Мансуров отрицательно покачал головой:

– Нет, лейтенант в порядке. Ему придает уверенность то, что он не один, и особенно, что вместе с ним работает и замполит части! Да и деньги, что он получает, сглаживают настроение. Так что старлей весел, за бабами ударяет. Вот только жаден, но этого уже не исправить.

Расул махнул рукой:

– Жадность не самое худшее качество офицера. Было бы хуже, если б он сорил деньгами, вызывая вполне обоснованный вопрос, а откуда у взводного такие «бабки».

– Жаров спросит, сколько за пропуск этого каравана ты отвалишь «зеленых».

– Передай, пятьдесят тысяч. Сразу после возвращения взвода с блокпоста. А значит, в следующий понедельник здесь же, в кафе.

– Наркота пойдет?

– Да. Ты можешь об этом знать, Жаров с Индюковым – нет!

– Они и не узнают. У тебя все?

– Все. Да, чуть не забыл, Мулат решил выставить пост наблюдения за вашим объектом. Наблюдатель начал работу вчера. Так что, если какие проблемы, сразу весточку мне.