— О чем — об этом?

— Чтобы он нас вот так одних оставил. Задолбал уже со своей помощью. Он прям больше старается, чем я. Как будто вашу дружбу спасти хочет.

— Ты к чему все это?

Криста пожала плечами, словно ответ был очевиден.

— Ты редко заходишь. Нет, он, конечно, говнюк, но вы же как братья. — Она приподняла волосы над ушами, потом отпустила. — Или все из-за меня. Типа я такая радиоактивная, что ты не приближаешься.

Дуг откинулся на спинку стула и вздохнул.

— А радиоактивный-то у нас ты, — продолжала Криста. — Твои рентгеновские лучи проникли в мой юный организм. И изменили меня. — Она взяла грязную рифленую салфетку в форме клеверного листа. — Ты вчера поздно со встречи вернулся.

— Бог ты мой. Опять это долбаное стекло в двери звенит.

Джем вбежал в комнату.

— Глоунер пришел, — сообщил он, плюхнувшись рядом с Шайн и дернув за веревочку шарика, чтобы привлечь ее внимание. Девочка посмотрела на оседающее, медленно раскачивающееся сердце. — Опять про встречи пластинку завели? С вами как в гребаной церкви.

— Так они в церкви и проходят, — ответил Дуг.

Джем бросил попытки пообщаться с племянницей и повернулся к столу, начав вертеть в руке зажигалку «Зиппо» цветов ирландского флага.

— Слушай, я иногда завязываю. Бывает, на несколько дней подряд. Временами надо отвлечься, перезарядить аккумулятор. Полезно для здоровья. Но ты ведь там уже год или больше? Перерыв затянулся, чел.

— В следующем месяце будет два года.

— Силен бродяга! Да, хорошо ты устроился там, в седле, на белом коне. Помню, как один раз ты оттуда свалился. На свадьбе Дердена.

Криста улыбнулась, вспоминая. Дуг подумал: почему об этом случае никак не забудут?

— То была ошибка.

— Ошибка, но ты такого жару задал, чувак. Вот погуляли-то.

— Я почти целый год продержался, а потом вот так оступился.