Нападение фашистской Германии стало неожиданностью для советского народа, но только не для его руководителей. Тогда возникает правомерный вопрос: почему к 15 мая 1941 года войска западных военных округов были своевременно приведены в боевую готовность, а к 22 июня этого не произошло? Здесь, на мой взгляд, может быть только один ответ — полная уверенность руководства страны в боеспособности соединений Красной Армии.

И подтверждением этому служат слова, сказанные вождем советского народа в апреле 1941 года на встрече с югославским послом, сообщившим информацию о возможном нападении на СССР войск Германии. Ответ И. В. Сталина был очень уверенным: «Мы готовы, если им угодно — пусть придут»

Да, никакого сомнения в будущей победе над врагом у советского правительства не было. 5 мая 1941 года на приеме в Кремле выпускников военных академий Сталин разоткровенничался за праздничным столом. Он сказал: «…Германия хочет уничтожить наше социалистическое государство… истребить миллионы советских людей, а оставшихся в живых превратить в рабов. Спасти нашу Родину может только война с фашистской Германией и победа в этой войне. Я предлагаю выпить за войну, за наступление в войне, за нашу победу в этой войне»

Еще дальше пошел в своем откровении всероссийский староста М. И. Калинин, который, выступая 5 июня 1941 года перед слушателями Военно-политической академии, сказал: «…На нас собираются напасть немцы… Мы ждем этого! И чем скорее они нападут, тем лучше, поскольку раз и навсегда свернем им шею»

Руководство СССР и армии в июне 1941 года уже было твердо уверено в том, что Вооруженные Силы страны смогут отразить удар войск вермахта и перейти в победоносное наступление. Считалось, что даже при неблагоприятном исходе боев на границе Красная Армия сумеет остановить дальнейшее продвижение войск противника в глубь своей территории. И у этого утверждения были достаточные основания.