Поэтому во второй главе книги, посвященной холистическому образованию, развивается тема, заявленная в первой главе (посвященной отживающей патриархальной ментальности). Сходным образом а третьей главе (в которой рассматривается процесс квадринити) развивается тема ресурсов образования, к которой я стремился привлечь внимание, когда писал о педагогике любви. Несколько лет назад в предисловии к работе Роберта Хофмана «Никто не виноват»" [5] я писал, что чувствую себя своего рода Иоанном Крестителем его работы (которая называлась тогда Процесс Фишера-Хофмана). Мне довелось первым заняться прикладным аспектом его идей о групповой терапии и разрабатывать интенсивную форму процесса - нечто вроде стержня метода, известного во многих странах мира. Надеюсь, что эта книга привлечет внимание школ к применению этого метода при обучении подростков.

Я собирался начать книгу с того, чем ее закончил, то есть с последней главы, в которой наше культурное движение рассматривается как нечто, центрирующееся на новой форме шаманизма. Излагается в ней и мысль о том, что современные «ученики чародеев» составят в недалеком будущем необходимый людской ресурс для удачного исхода нашей трансформации. Когда я впервые заговорил о неошаманизме, этот термин еще не был в употреблении. Однако в настоящее время мы наблюдаем настоящий всплеск интереса к шаманизму, и многие на Западе отождествляют себя с шаманами. Я употребляю выражение «новый шаманизм», имея в виду не столько заимствованный шаманизм антропологов и терапевтов, которые прошли обучение у традиционных шаманов, сколько шаманизм одновременно транскультурный и западный: нетрадиционный шаманизм, в котором, по-моему, достигает высшей точки наиболее типичный аспект этого явления, а именно преобладание индивидуального творчества над традицией и главенство передачи самого сознания - вне рамок идей, ритуалов и других содержаний сознания.