Он укладывает газеты в белые брезентовые мешки, которые вешает крест-накрест на плечи, и садится на велосипед. «Мангуст» – его собственный. Джейми шесть месяцев после переезда на Ричардс-авеню копил деньги, заработанные доставкой газет. Татер ведет себя странно – опять трется о его ногу. Старый пес вдруг начинает жалобно скулить, а потом и вовсе выть и рычать – такого с ним еще никогда не бывало.

– Ты чего это, Татер? – удивленно повторяет Джейми, усаживаясь в седло. Маршрут ему предстоит длинный. Татер неистовствует. Собаки чувствуют беду…

– Нужно было ехать в «Макдоналдс», жирный козел, – раздраженно бросил Гарт Минц по кличке Задира Тэду Форду, потянувшись мимо него за гренком. Тэд обиженно скривился, но лишь на мгновение. В сером «линкольне» 1981 года выпуска воняло бензином, фастфудом, а от Тэда еще и лосьоном «Олд спайс».

– Ты ешь не меньше меня, – огрызнулся Тэд. – Просто не толстеешь, порода такая.

Задира ничего не ответил и стал жевать гренок.

Отсутствие реакции Тэда не удовлетворило, но продолжать дискуссию он не решился. Задира весил почти на тридцать пять килограммов меньше его, однако был крепким парнем. Жилистый мускулистый Задира как-то раз, находясь в изрядном подпитии, на глазах у Тэда изуродовал нос одному парню. Когда Задиру оттащили, левая ноздря бедолаги была разорвана, и ее края ходили ходуном от дыхания.

Многое в Задире выводило Тэда из себя, но омерзительнее всего было то, что от него почти постоянно несло тухлятиной. Душ он не принимал по нескольку дней, хотя подтягивался на перекладине, отжимался от пола и делал приседания, – после занятий лишь обтирался полотенцем, уделяя особое внимание многочисленным татуировкам. Его светлые волосы с рыжеватым оттенком спадали на лицо грязными лохмами. А еще у Задиры были шрамы. Красные и выпуклые, они устрашающими бороздами покрывали его руки, как будто кто-то прошелся по ним обвалочным ножом. Как-то Тэд собрался с духом и рискнул спросить Задиру, где тот их заработал. В ответ услышал, что «тут, недалеко»; на этом тема была закрыта.