- Проводишь меня до дома? - Спросила Света.

- Пошли, конечно! - Вадим сжал ее руку еще сильнее.

- Не жми так. - Света улыбнулась. - Больно.

- Прости меня! - Вадим выпустил ее руку.

Он, вдруг, увидел, что все люди вокруг смотрят на него. "Что во мне такого особенного? - Удивлялся Вадим. - Почему они не разглядывают кого-нибудь другого?.."

Они подошли к дому. Большое многоэтажное здание смотрело внимательно на Вадима, сверкая горящими окнами и приглашая внутрь. Там, за стенами большого здания, идет жизнь, жизнь пока неизвестная Вадиму, жизнь призрачная, но все-таки настоящая - такая же настоящая, как эта улица, как эти прохожие, как эти деревья, как это черное небо над головой, как Света, что стоит рядом и доверчиво держится за его, Вадима, ладонь, как вообще все вокруг.

- Пойдем? - Спросила Света. Она смотрела ему прямо в глаза, смотрела, не отрываясь. И повторила: - Пойдем?

- Пошли.

Внутри плохо пахло. Дешевое здание, где живут в основном вэлферщики. "Бедная Света, - подумал Вадим. - Она вынуждена здесь жить. Но ничего. Я заберу ее отсюда. Насовсем заберу."

На шестом этаже пахло блевотой. Двое полицейских вели по коридору угрюмого негра в грязной куртке. Очень пьяный мужик пытался открыть дверь. Ключ его не попадал в замочную скважину, и мужик тихо ругался по-украински.

- Ты давно здесь живешь? - Спросил Вадим.

- Два дня. - Ответила Света.

"Все ясно." Вадим вспомнил, что, находясь в лифте, обратил внимание на отсутствующий в доме тринадцатый этаж: сразу же за двенадцатым следовал четырнадцатый. "Суеверные идиоты," - подумал Вадим.

Света отперла дверь.