— Надо было идти в милицию, — предположил я, на самом деле подумав, что идти ей надо было в психдиспансер на очередную процедуру.

— Да была! — махнула она мне платочком. — Со мной даже разговаривать не стали. Сказали, что они должны ловить преступников. И я пошла к вам.

— Почему ко мне?

— Вывеска понравилась. И потом, я несколько раз видела вас с такой красивой большой собакой и решила, что вы меня поймете.

Обои, которые довели меня до исступления, взрыв проклятого кипятильника, появление клиентки в такой неподходящий момент, ее странное, отрешенное «Боря пропал» — все это выбило меня из колеи, так что понять-то ее я, кажется, понял, но с большим опозданием.

— Как, вы сказали, называется порода?

— Кавалер-кинг-чарлз-спаниель, окрас — бленхейм. Золотисто-рыжие пятна на белоснежном фоне.

«А сама ты — помесь воблы с болонкой!» — сердито подумал я, хотя сердиться нужно было на себя самого.

— А на фото с вами кто? — спросил я, хотя это в программу не входило.

— Это мой папа. Он завтра прилетает из Бельгии… он там работает, а сюда прилетает на совещание… и он очень расстроится. Понимаете, Боря с нами уже восемь лет, мы все друг к другу привязаны…

«Ну да, кормите, наверное, своего кинг-чарлза «Чаппи» с «Гриппайлом», пока мой Шериф питается запахами из соседских окон».

Она словно услышала мои невеселые мысли, суетливо полезла в сумочку:

— Я не знаю, сколько такая работа стоит…

— Вам дешевле обойдутся объявления о пропаже Бори в газете, на которой вы сидите! — проворчал я, поглядев на часы.