Материя и материальные явления рассматриваются с «магической» точки зрения, и поэтому в истории религии различных народов упоминаются религиозные символы персонификации или олицетворения демонов и божеств, т. е. мощных факторов, способных к материальному проявлению. Всем нам известна концепция маны, которую даже далекие от юнгианства исследователи религии сравнивают с электричеством. Если австралиец потирает рукой свой камень чуринга для получения большей маны, из этого следует, что он намерен зарядить энергией свой тотем или свою жизненную сущность подобно тому, как заряжается электрическая батарея.
В целом концепция маны несет на себе отпечаток проекции полуматериального, божественного электричества, божественной энергии или силы. Так, например, деревья, пораженные молнией, олицетворяют ману. В большинстве религиозных систем существуют предметы поклонения, к числу которых относятся вода, огонь, некоторые растения, а также духи, демоны и боги, персонифицированные и способные появляться, говорить и совершать поступки в видениях, отчасти напоминая человека. В одни моменты предпочтение отдается символам деперсонифицированных сил природы, а в другие — персонифицированных. В одних религиях доминирует один аспект, а в других — другой. Например, крайней формой максимально персонифицированных божеств является религиозная система, нашедшая отображение в поэмах Гомера, в которых представлены греческие боги с их человеческими недостатками. С другой стороны, существует и обратное явление, например, в греческой натурфилософии, в которой особое значение неожиданно придается таким символам, как вода — первопричина мира у Фалеса, или огонь — у Гераклита и т. д. Здесь идея маны воплощается на более высоком уровне.