В 1159 г. на киевский стол всходит Ростислав Мстиславич, но он заявляет: «Не хочу Клима у митропольи видеть». Видимо, тут сказалось влияние епископа Мануила. Но и Константина, проклявшего его брата, Ростислав видеть митрополитом не желает. В итоге оба митрополита ударились в бега – Климент во Владимир Волынский к детям Изяслава Мстиславича, а Константин – в Чернигов к своему приятелю епископу греку Антонию. В Чернигове же Константин и умер в 1159 г.

По традиционному порядку Ростислав пригласил из Византии и получил в 1161 г. нового митрополита Феодора. Но тот вскоре, в 1163 г., умер, однако Ростислав почти два года медлил с ходатайством о присылке нового митрополита из Византии. Наконец в 1164 г. греки прислали в Киев митрополита Иоанна. Так закончилась 17-летняя смута в Киевской митрополии.

В начале 40-х гг. XII в. в Смоленске развернулось строительство каменных храмов. Новгородская первая летопись под 1145 г. сообщает о князе Ростиславе: «В то же лето заложиша церковь камяну на Смядыне, Борис и Глеб, Смоленьске». Строительство храма на месте предполагаемого убийства одного из первых русских святых в значительной степени способствовало пропаганде этой общерусской святыни и служило подъему значения Смоленской епархии и княжества. Вновь возведенный Борисоглебский собор отличался значительными размерами. Он был 6-столпным, внутренние стены украшали замечательные фрески, пол покрывали разноцветные поливные плитки.

Через четыре десятилетия после своей постройки храм Бориса и Глеба был расширен сыном князя Ростислава князем Давидом, пристроившим к нему галерею и превратившим храм в княжескую усыпальницу. Несколько позже в Смоленске возводится еще один каменный храм – церковь Петра и Павла в загородной резиденции князя, на правом берегу Днепра. Выстроен он был в византийско-южнорусском стиле, как и все смоленские храмы этой поры.