– У вас есть собака? – спросил Андрей у дамочек.

Обе покачали головами.

Следователь Сан Саныч, появившийся после нас с Пашкой, легко толкнул меня локтем в бок. Мы давно знакомы и мыслим похоже. Дамочек попросили рассказать все в подробностях. Они мялись. Подозрения следственной бригады усиливались.

Дамочки нашли еще одну мертвую, зверски избитую девушку. Конечно, без документов и с сильно отличающимися от изначальных чертами лица. Даже если ее фотографию дать в «Криминальной хронике» или опубликовать в «Невских новостях», не думаю, что ее сразу опознают. Если вообще опознают. Отпечатков же ее пальцев, скорее всего, в милицейской картотеке нет. Правда, Андрей уже успел бросить мне через плечо, чтобы завтра с утра я привезла Арину на опознание.

Пашка сделал «панорамку» – завтра в «Криминальной хронике» я в очередной раз по просьбе правоохранительных органов напомню гражданам, чтобы они не шлялись по пустырям и собак своих выгуливали поближе к проезжей части. После «панорамки» оператор взял труп крупным планом, и то, что осталось от лица. Затем – дамочек, обнаруживших труп.

– Ой, меня не надо снимать! – вдруг заверещала одна из них, та, что казалась постарше.

– А я хотела вас попросить сказать несколько слов для «Криминальной хроники», – я обворожительно улыбнулась и сунула микрофон ей под нос. – Юлия Смирнова, «Криминальная хроника». Девушки, почему вы пошли на пустырь сегодня ночью?

Следственная бригада решила временно передать инициативу мне: а вдруг дамочки мне что-то откроют?

– Нельзя, чтобы меня муж тут видел, – старшая из двух закрыла лицо руками.

Так, дело становится все интереснее.

– Кто ваш муж? – не отставала я.

– Не надо снимать! Тогда я все скажу! – во взгляде дамочки, брошенном на меня, слились и лед, и пламень.

– Паша! – громко сказала я, и оператор все понял. Он отошел в сторонку, только дамочки не знали, что камера-то все равно работает. Знала бригада и покрывала Пашку.