Реализация этих принципов, по Хомскому, возможна только там, где формальное государство уступает неформальной самоорганизации, а вместо финансовых включаются совершенно иные, не коммерческие, стимулы активности людей. Ни возраст, ни строго научный подход к социальным проблемам, ни отсутствие «героической биографии» не помешали профессору стать одним из вдохновителей и теоретиков молодежного антиглобализма, или «поколения Сиэтла», как часто называет пресса этих людей после беспрецедентных сиэтлских беспорядков, направленных против Всемирной Торговой Организации. На фоне других «создателей антиглобалистских теорий и настроений» (Наоми Кляйн, Уолден Белло, Сьюзен Джордж) выступления, статьи и предложения Хомского часто смотрятся как самые крайние. Некоммерческие панк-группы вроде американского «Антифлага» вставляют фрагменты интервью с ним в свои альбомы, а независимые кинодокументалисты снимают разоблачительные фильмы о характере глобализации в третьих странах с его комментариями.

Под стать Хомскому и другой ветеран американского анархизма, теоретик «социальных экологов» Мюррей Букчин. Первым, вызвавшим общественный резонанс, исследованием этого ученого стала статья «Проблема химии в продуктах» 1952 года. Последовательно соединяя некоторые классические принципы анархизма, например, необходимость перехода от конкуренции к симбиозу, о которой так "много писал Кропоткин, с новейшими данными о состоянии окружающей среды и динамике мирового потребления, Букчин написал принесшую ему известность книгу «Реконструкция общества», в которой предлагал конкретные сценарии перехода от пирамидальных иерархических отчуждающих структур управления к подвижным сетевым формам повсеместной «муниципализации» власти и замены государства моделью «коммуны коммун». Созданный им институт является сейчас одним из важнейших интеллектуальных центров, поддерживающих либертарные и революционные начинания по всему миру. В конце 80-х Букчин выступает с критикой вошедшей в моду «глубинной экологии», то есть мировоззрения, делающего ответственными за экологический кризис всех без исключения людей и их «неуемные потребительские аппетиты».