- Так. Докладывай.

Я доложил - ни словом не упомянув о женщине. Рассказ получился странноватый. Коперник молча разглядывал меня, потирая покрытый прожилками нос. Потом достал гребенку и занялся волосами, точь-в-точь как раньше в баре.

Я отдал ему пистолет. Он небрежно взглянул на него и сунул в боковой карман. В глазах у него что-то мелькнуло, и губы растянулись в кривую усмешку.

Я нагнулся, стал собирать шахматы и складывать их в коробку. Поставил коробку на камин, выпрямил ножку столика, немного еще повозился. Все это время Коперник наблюдал за мной. Я ждал, додумается ли он до чего-нибудь. Наконец его прорвало.

- Этот парень ходит с двадцать вторым калибром,- сказал он.- Вроде бы ему другого и не нужно. Значит, он в своем деле мастак. Он стучится к тебе в дверь, сует пушку тебе в брюхо, вталкивает тебя в комнату, говорит, что пришел, чтобы навсегда заткнуть тебе рот,- и все же ты его одолеваешь. Безоружный. В одиночку. Ты, парень, видать, и сам мастак.

- Слушай,- сказал я и взглянул на пол. Подобрал еще одну шахматную фигурку и стал вертеть ее в пальцах.- я решал шахматную задачу. Пытался забыть все, что случилось.

- Что-то ты затаил, приятель,- вкрадчиво произнес Коперник.- Ты ведь не станешь врать старому фараону, а, парень?

- Первоклассное задержание - я же тебе его дарю,- сказал я.- Какого черта тебе еще надо?

Человек на полу промычал что-то сквозь полотенце. Его лысая голова блестела от пота.

- В чем дело, приятель? Скрываешь что-то? - почти прошептал Коперник.

Я быстро взглянул на него и отвернулся.

- Ладно,- сказал я.- Ты чертовски сообразителен - знаешь, что в одиночку мне его не осилить. Он держал меня на прицеле, а стреляет он без промаха.

Коперник прикрыл один глаз и одобрительно прищурился.