Между тем, подходя к творчеству Бога в природе, мы замечаем, какая поразительная тщательность и точность наблюдается там даже в самых мельчайших деталях. Если для сравнения мы возьмем острый конец самой тонкой иглы, изготовленной руками человека и подвергнем ее разсмотрению под микроскопом, то увидим, что несмотря на кажущуюся гладкость поверхности, все же она имеет зазубринки и шероховатости; ничего подобного мы не найдем в самый сильный микроскоп у жала осы — создания Божия. Поистине „совершенны дела Его" (Втор. 32: 4). Если же Бог с таким совершенством создал кратковременное насекомое, то как мы можем допустить столь богохульную мысль, что Он с меньшим вниманием мог отнестись к созданию Своего Слова, предназначенного для вечных времен (1 Пет. 1: 25), возвеличенного выше Его имени (Пс. 137: 2) и являющегося надеждой для миллионов-миллионов душ!

Вера в дословное Боговдохновение Св. Писания есть фундамент веры вообще. Поэтому важно, чтобы этот фундамент был прочно установлен, ибо „когда разрушены основания, что сделает праведник?" (Пс. 10:3). Хорошо подкрепить себя свидетельствами мужей веры прежних веков.

Климент Римский, живший в 90 г. по P. X. говорит: „Св. Писание является истинным словом Св. Духа".

Блаженный Августин также стоял за непреложную непогрешимость кождого Слова Божия.

Проф. Гауссен пишет: „Св. Писание от Бога в самом языке своем".

Великий ученый Галилей сказал: Священное Писание не может ни в каком случае ни говорить лжи, ни ошибаться; изречения его абсолютно и неприкосновенно истинны".

Естествоиспытатель Фарадей произнося однажды речь на тему о „Химическом анализе слезы", между прочим, выразился, что как слезы исходят от сердца и направляются к сердцу, так и Библия исходит от Бога — и кто от Бога, тот слушается ее голоса".

Проф. Макинтош в одном из своих трудов говорит: „Чем больше я изучаю Библию, основу истинной религии, тем более убеждаюсь в ее Божественном происхождении и авторитетности".