Итак, догма против догмы. Спор решили плаванья португальских мореходов, которые начали медленно, но верно продвигаться вдоль атлантического побережья Африки все дальше и дальше на юг. Инициатором их был португальский принц Генрих, прозванный Мореплавателем. По его приказу пускаются в путь из Лиссабона корабли, стремясь обогнуть страшный «мыс Нун» — «мыс Нет», который долгие века считался концом обитаемого мира (и по сей день в Португалии бытует поговорка: «Кто зайдет за мыс Нет, тот вернется либо нет»). А когда этот мыс пройден, мореплаватели обнаруживают еще более страшную преграду — мыс Бохадор. Удобное каботажное плавание вдоль африканского берега здесь подходило к концу — путь преграждала длинная песчаная банка, выходящая далеко в море. Прибой разбивался о нее, вдоль берега шло стремительное течение на юг — где гарантия, что удастся преодолеть его на обратном пути? Да и чтобы обогнуть мыс Бохадор, нужно уйти далеко в открытый океан, а ведь там, судя по рассказам, обитают чудовища и подстерегают всяческие беды.

У страха глаза велики. По свидетельству французского адмирала А. Руссена, казавшийся непреодолимою преградой мыс Бохадор, «если смотреть на него с севера, представляет собой просто плоскую отмель из красного песка, которая уходит в море». А ведь португальцы были твердо уверены в том, что тот, кто обогнет мыс Бохадор, никогда не вернется назад!

Но однажды страх перед немилостью владыки оказался сильнее страха перед морем. В 1434 году Жил Эанниш огибает страшный мыс и, не пережив никаких ужасов, возвращается обратно. «Психологический барьер» преодолен — суда португальцев смело плывут на юг, открывая атлантическое побережье Африки. Земли эти поначалу полностью подтверждают предсказание Птолемея: чем дальше на юг, тем жарче климат, — тем бесплоднее пустыня. И вдруг пески кончаются и капитан Диниш Фернандиш видит, после долгих миль унылой пустыни, мыс, покрытый свежей зеленью, «Зеленый Мыс», за которым береговая линия Африки поворачивает на юго-восток.