В отношении пространства владычества Аттилы, верховный властитель Норики, Комит Ромул, бывший при нем послом Рима, говорил: «Никто из царствовавших до сих пор над Скифией и над иными странами, не совершал столько великих дел и в столь короткое время, как Аттила… Его влaдычество простирается на острова, находящаяся в Океане, и не одни Скифы платят ему дань, но и Рим.»
Аттила однакоже не ходил войной на Германию, не только за море, на острова Океана; какое же имел он право на это преобладание, кроме обычнаго «и быст Самодержец земли Русской», простиравшейся на все пространство населения племен Славянских, на суше и на островах. В то время Русь, изрубленная на части Римлянами и Готами, быстро срослась в единое тело: стоило только полить ее живой и мертвой водой.
Грек, женившийся и поселившийся в Скифии, коротко и ясно описал Приску быт народа во время Аттилы: «Здесь каждый владеет спокойно тем, что у него есть, и никому не придет в голову притеснять ближняго.»
Правдивый Приск не утаил коварнаго поступка Феодосия, который хотел, чрез своего эвнуха Хрисафия, подкупить приближеннаго к Аттиле вельможу, чтоб он извел своего государя. Приск не утаил даже слов Аттилы, которыя он поручил сказать Императору: «Феодосий высок по породе своей, знаменит по происхождению; Аттила не менее высок и знаменит по своему роду; но Аттила, наследовав монархию от отца своего, вполне сохранил достоинство; а Феодосий потерял это наследственное достоинство, не только потому, что согласясь платить дань Аттиле, соделался его рабом; но еще более потому, что как раб неверный и злой, задумал строить ковы господину своему, поставленному над ним небом и судьбой.»