Мать из-за этого устроила большой скандал. Случай, неординарный, чуть не приведший к гибели Степана, переполнил родительное терпение и предрешил будущее. Отец выделил ему небольшую сумму денег, предупредив, что это все, что он может ему дать. Что и впредь больше пусть не рассчитывает на его помощь. Все его товарищи и друзья давно имеют семьи...

Все это определило окончательный его отъезд из Алатыря в Москву. Правда, год назад, он уже ездил в Москву, но прием в художественное училище был закончен, а попытка устроиться на вечернее отделение, либо вольнослушателем - не получилась. Не было места и в иконописных мастерских. Да и манера иконописного письма, выработанная у Степана, была иная. Она не понравилась московским иконописцам. Да и не хотелось уже расписывать лики. В тот раз он возвратился в Алатырь.33 Но теперь он решил твердо, не возвращаться. Кроме этого у него находилось и рекомендательное письмо, полученное лично из рук купца Н.Н.Серебрякова...

За эти годы в Алатыре появилось много новых людей. Они приехали из Симбирска и Нижнего Новгорода, из Казани и Пензы и других городов России. Среди них, учитель рисования городского училища Н.А.Каменьщиков, фотограф Н.Н.Валухин и многие другие. Со многими из них Нефедов уже познакомился. Будет встречаться с ними и в последующие годы.

Степан уехал с огромной надеждой учиться и только учиться. Домой было возвращаться нельзя. С этого момента с Алатырским краем Нефедов будет связан лишь только отдельными наездами - на неделю, месяц и более.

В нашу задачу не входит освещение жизни С.Д.Нефедова в Москве и других регионах России. Только связь с родиной. Надо отметить, что попытка поступить в Строгановское художественно-промышленное училище не удалась даже по рекомендательному письму. Слишком оказался великовозрастным.