Антуан СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ
РАЗМЫШЛЕНИЯ
Самое главное для меня сейчас - преодолеть страх перед неподвижно лежащим напротив меня чистым белым листом! Страх ответственности. И в то же время - боязнь, недосказав что-то, оказаться неправильно понятым... Рядовой тёмный зимний вечер на нашей основной командировочной испытательной авиабазе, на Нижнем Поволжье... В который уже раз во внезапно нахлынувших воспоминаниях приливает желание рассказывать и рассказывать... И вместе с тем возникают прагматичные "но" - а стоит ли? Как рассказывать-то? Так ли, как это делает мой старший товарищ, наш "флаг-штурман" Леонид Степанович Попов: изливать из души святая святых, описывая образы погибших товарищей (которых у многих из нас прошло по жизни не меньше, чем у ветеранов любой из войн)? Или, наоборот, как это делал мой отец описывать собственную жизнь и события в ней, а уж через своё восприятие всё остальное и всех остальных? Конечно, мне в различных смыслах очень близок путь отца, и литературный, и жизненный. Ему не очень повезло: до своего пятидесятилетия он не дожил ста тридцати трёх дней. И всего двух месяцев - до 50-летнего юбилея своей искренне, несмотря на все наносившиеся ему жестокие удары, любимой Родины (хотя и говорил уже априори об этом факте как о свершившемся). А впрочем, может быть и повезло: ему так и не досталось самого мучительного испытания - тяжёлой минуты пенсионного прощания со штурвалом. Он сжимал органы управления в руках и продолжал ими работать до самой последней секунды, когда близ городка Ля Ров на юге Франции его многотонный вертолёт МИ-6, потерявший управляемость из-за разрушения хвостовой балки, уже плюхнувшись было вынужденно на более или менее удачную площадку сверху плоскогорья, вращаясь, сорвался с обрыва, обрушился вниз на пылающий в ущелье лес и горел там ещё почти пять часов...