– Все. Когда день рождения, какой номер квартиры, и даже то, что ты сейчас не пригласишь меня к себе на чашечку кофе, потому что уже поздно...
Последнее было скорее вопросом, чем констатацией факта, но я ухватилась за эту реплику, и сказала:
– Ты, действительно, все знаешь. Пока, – легко попрощалась я и открыла дверцу машины.
– Помаши мне из окна рукой. Где твое окно?
– Ты же должен знать, – попыталась я подколоть его.
Игорь улыбнулся, и его глаза-щелочки стали еще уже. Я еще раз сказала «пока» и вышла из машины.
Поднявшись к себе, я первым делом прошла на кухню, включила свет и помахала рукой в темноту. «Надо же, я начинаю во всем слушаться Игоря! Что бы это значило?» – спросила я себя. Ответ так и не пришел в голову, почти сразу я забыла и о вопросе.
Глава 7
Безжалостный будильник разбудил Дашу в самое неподходящее время. Ей снился какой-то сон, и проснувшись, она безуспешно пыталась его вспомнить. Но на память пришло другое. Вернувшись вчера домой, она прослушала запись на автоответчике. Валерий был прямолинеен и жесток: «Даша, я благодарен тебе за то, что ты сделала для моего сына, и это – все. Я – не герой твоего романа. Забудь обо мне. Прощай».
Даша несколько раз прослушала запись как профессиональный психолог, обращая внимание на интонацию и употребление слова. «Как женщина я не интересовала его даже на полпроцента», – пришла к выводу она. Но больше всего Нину расстроило то, что она приняла благодарность за другое чувство. «Грош цена мне как психологу», – эта мысль, словно жучок, точила ее самолюбие. Потом она стерла запись и переключила внимание на другие события этого вечера.
Она поняла, что у Васика что-то случилось. «Богатенький папенькин сынок пришел в театр, одетый как бомж. Но интереснее было то, что Нину это нисколько не смущало. Значит у него было серьезное оправдание. Что-то говорили о машине, да и приехали они на „частнике“... Неужели Васик попал в аварию?» – размышляла Даша. В конце концов она решила завтра позвонить Васику или Нине и разузнать все подробности.