И прочен их союз:

И каждый мужеством объят,

Любой из них не трус.

Из Заячьего замка граф

Эрцгерцогу сказал:

"У горца, видно, смелый нрав,

Хоть мал он, да удал".

"Граф Заячий, ты заяц сам!"

Тут Оксеншерн вспылил.

"Что будет - мы увидим там",

Граф едко возразил.

Идут, сомкнув ряды полков,

Австрийцы молодцы...

У остроносых башмаков

Обрублены концы.

Они друг другу говорят:

"Похвастать нечем тут...

Рассеять горсточку солдат

Не столь великий труд".

Швейцарцы стали в тесный круг...

Услышал бог бойцов,

И радуга блеснула вдруг

Меж темных облаков.

Сердца как молоты стучат,

И, ко всему готов,

Швейцарский двинулся отряд

В атаку на врагов.

Тут зарычал австрийский лев

И гривою затряс...

И стрелы, злобно засвистев,

Посыпались на нас.

Копье и меч - все в ход пошло,

Был этот бой жесток...

Немало рыцарей легло

Уже у наших ног.

Но враг незыблемо стоит:

Лес копий - словно вал...

Тогда отважный Винкельрид

Товарищам сказал:

"Есть дома у меня жена,

И маленький сынок...

Прокормит их моя страна,

Победы близок срок.

Колонны рыцарей тверды

Пока стоят в строю...

Но сквозь стальные их ряды

Я братьям путь пробью".

Он ринулся в австрийский строй

И смел и разъярен...

Всем телом - грудью, головой

Упал на копья он.

Пять копий раздробили шлем,

В бока вонзились шесть...

Но он смятение успел

В ряды австрийцев внесть.

Самоотверженный герой,

Он первый льва смирил...

Своею кровью край родной

Он к воле возвратил.

В брешь, что пробита смельчаком,

Ударили друзья,

Копьем, секирою, клинком