Подумайте об этом! Сочувствовать опасной жизни бедняги моряка - это вздор. Его жену - вот кого надо пожалеть. В стихах изображают, что жена моряка только об одном и тревожится - об опасностях, что грозят ее мужу. Есть у нее заботы поважнее, скажу я вам. Поэты все жалеют моряка, ему, мол, угрожают на море всякие беды. Уж лучше, черт возьми, пожалейте его за то, что он не спит ночами, думая о жене, покинутой накануне родов, живущей в одиночестве, без друзей, в самой гуще болезней, горя, смертей. Сильнее всего на свете меня бесят эти глупые, тошнотворные стихи о моряках!

Капитан Брейс был тихий, мягкий, молчаливый человек, на его загорелом лице сквозила какая-то горечь: что казалось нам раньше тайной, стало понятным теперь, когда мы узнали его историю. Он восемнадцать раз уходил в Средиземное море, семь раз - в Индию, однажды участвовал в экспедиции к Северному полюсу, а "в промежутках" побывал в самых далеких уголках всех морей и океанов земного шара. Однако, сказал он, двенадцать лет назад ради своей семьи он "осел" и перестал скитаться. Но, как вы думаете, что подразумевает этот простодушный человек, проведший в странствиях всю жизнь, когда он говорит, что осел на месте и больше не скитается? Два пятимесячных рейса в год между Суринамом и Бостоном за сахаром и мелассой!

Говорили мы и о многом другом, и я сегодня, между прочим, узнал, что на китобойных судах не берут с собой в плавание врача. Лечение добавляет к своим обязанностям капитан. Он дает лекарства, он же и врачует, по своему разумению, переломы рук и ног, а то и отпиливает ногу и сам же зашивает культю, если ампутация покажется ему более желательной. У капитана есть аптечка, лекарства в ней не названы, а обозначены номерами. К аптечке приложена книжечка, в ней перечислены болезни с их симптомами и даются наставления: "Принимать по чайной ложке No 9 через час", или: "Принимать по десять зернышек No 12 каждые полчаса" и т. д.