— Ты получил прекрасную профессиональную подготовку — умеешь командовать взводом, ротой, батальоном… Не так ли? — вкрадчиво говорил тогда Шамиль, прогуливаясь с родственником по берегу Аргуна.

Это действительно было так, и Арсен настороженно кивал…

— Тогда в чем же дело, мой мальчик? Считай, что ты уже полевой командир — амир. А о дальнейшем карьерном росте не беспокойся — я все улажу, тебе ведь известно, насколько я близок к высшему руководству Ичкерии.

Слухи о высоком положении Татаева, равно как и о его связях давно облетели и весь их род, и Шатой, и немалый район в целом…

— А деньги, Арсен?.. Возможно ли назвать достойным жалование офицеров Российской армии?! — продолжал гнуть свою линию родственник. — Сумму наш амир получает приблизительно такую же, но только в долларах…

Однако самым действенным оказался другой его довод:

— Я отлично знаю, что ты никогда не станешь воевать против собственного народа, но пойми: ты, как грамотный профессионал, как отличный воин, как мусульманин, в конце концов, нужен здесь — в армии Ичкерии…

И прибыв в боевую часть, где Умаджиеву надлежало проходить дальнейшую службу, он без раздумий подал рапорт об увольнении в запас…

Его нынешний отряд скорее походил на отделение, не дотягивая по численности даже до взвода — завлекать в горы свежее пополнение с каждым годом становилось все сложнее и сложнее. Но и с этим малочисленным подразделением Арсену — осторожному и осмотрительному амиру, всякий раз удавалось победно заканчивать лихие, неожиданные и разящие наскоки на федералов…

Порученный ему блокпост на хорошо охраняемой трассе «Кавказ» находился на отшибе — поблизости ни городов, ни сел, ни прочих признаков цивилизации.