— Прежде чем платить налог с дохода, разве не нужно сперва, чтобы этот доход у меня был? — с насмешкой спросил Грофилд.

Тип из налогового управления оперся руками на папку с документами, которую он положил на письменный стол Грофилда. Говорил он медленно, будто разъяснял ребенку.

— У вас, несомненно, есть доход, мистер Грофилд. Нельзя руководить театром с дефицитом в течение пяти лет. Это просто невозможно.

— Вы видели здесь хоть один спектакль? — вновь спросил Грофилд.

— Нет!

— Большинство, подобно вам, может сказать то же. Человек из “налогов” смотрел на Грофилда с нахмуренными бровями, как бы пытаясь понять, с кем он имеет дело.

— Если вы теряете столько денег все эти годы, — наконец отозвался он, — то на что же вы живете?

— Это знает лишь Бог! — ответил Грофилд.

— Почему вы упорно открываете театр каждое лето?

— Из-за проклятого упрямства!..

У инспектора вырвался нетерпеливый жест.

— Это не ответ! — сказал он с досадой.

— Да нет, это правда! — сказал Грофилд. — Почти всегда...

— Нужно, чтобы у вас была возможность получить доход, — сказал чиновник.

— Я полностью с вами согласен, — отозвался Грофилд. — Я даже сказал бы, что это необходимо.

Открылась дверь, и Мэри, жена Грофилда, заглянула в комнату.

— Телефон, Алан!

Грофилд бросил взгляд на телефон, стоявший на его столе. Он сделал незаконный отвод от конторы к этому месту, чтобы не платить за лишний аппарат.

— Хорошо! — ответил он.

— В доме, — добавила Мэри.

— О!

Телефон в доме тоже был подсоединен к линии конторы, что позволяло ему разговаривать как из кабинета, так и из дома. Слова Мэри все ему объяснили. Он встал и одарил представителя “налогов” широкой ослепительной улыбкой.