Поэтому они постоянно вторгались в компетенцию вождей и старейшин, вели среди быдла совершенно тухлые базары, плодя всяческие заморочки, расшатывая интригами жесткую общинную иерархию.

Племенная верхушка не всегда могла расправиться с зарвавшимся волхвом, прорицателем или магом.

Ведь тот располагал целым арсеналом средств психического воздействия на суеверную толпу. Этот гнилой клоун мог якобы "насылать проклятие" не только на своего обидчика, но и на его род или даже на всю общину. А мог «сотворять» неурожай или лютые болезни. Либо потребовать принесения в жертву духам дочери или сына своего врага.

В итоге, между избранниками духов и обладателями реальной власти в племени был достигнут взаимовыгодный компромисс.

Каста воинов под руководством вождя осуществляла охранные и завоевательные мероприятия.

Старейшины и их аппарат осуществляли бюрократические функции.

А все шаманы, колдуны, вещуны и прочие романтики трансцендентальной белиберды образовали сословие жрецов. Оно получило монополию на сферу сверхъестественного. И плюс к этому — часть власти над лопоухими пиплами, которая официально требовалась для осуществления их паранормальной деятельности.

Конечно, конфликты между этими тремя ветвями власти — военной, чиновничьей и религиозной — не прекратились и до наших дней.

Однако раздел между ними сфер влияния был прогрессивным шагом, особенно после того, как жрецы приняли на себя обязанности развивать гуманитарные науки, заниматься воспитанием и образованием подрастающего поколения, хранить знания (в том числе и чисто технические), формировать культуру речи, развивать письменность и миротворствовать в разборках между общинами.

А разборок этих было немерено, поскольку все эти общины не имели единого централизованного управления (а значит — и узаконенных властями границ). Кроме того, зачастую жители стоящих рядом поселений говорили на разных языках, что отнюдь не способствовало дружеским отношениям.