Первые город быстро росли. Их окрестности покрылись сетью ирригационных каналов, образовавших систему стабильного орошения земледельческих участков.

Работа все чаще требовала от шумерских пролетариев совместных усилий. Их оторванность от своих родственников и подчинение иным нормам и традициям во время этих работ все больше разрушали родоплеменную общность и местные культы-карлики.

А жрецы, управляющие наряду со знатью, всеми этими делами, все больше приобретали вкус к административной деятельности, к подчинению воли масс уже вне рамок обрядов и культовых отношений.

Все эти процессы характеризуется, наряду с прочими, двумя незамеченными до сих пор историками фактами.

Первый.

Население Междуречья, все больше и больше сталкиваясь с результатами своего воздействия на природу, модернизируя орудия труда и трансформируя вещество, постепенно научились планировать работу, анализировать эффективность того или иного варианта действия, проводили смелые эксперименты в металлургии, строительстве и сельском хозяйстве.

Эти операции требовали абстрагирования от конкретной ситуации и переводили мышление населения на путь рационализма и логики.

Соответственно, и от жрецов поумневшие сапиенсы стали требовать не примитивных сказок о злых и добрых духах, а четкой системы легенд и мифов, последовательно и непротиворечиво объясняющих создание мира, появление людей, смену времен года, природные аномалии и т. д.

Были предъявлены требования и к внешней стороне магических обрядов.

Кроме музыкального сопровождения ритуалов и особых нарядов участников религиозных церемоний, а также богатого убранства храмов, теперь паства требовала от жрецов еще и виртуозного владения техникой ввода публики в транс, в частности — и за счет голосовых сигналов.

Второй факт.

Сами жрецы также претерпели изменения.