Сенатор Джон МакКейн сказал об этой сделке, что она может привести к «появлению огромной корпорации, подобной которой не существовало со времен Уильяма Рэндольфа Херста». Из слов сенатора МакКейна, видно, что степень влияния Мердока на рынке мультимедиа особенно не изменилась. Он до сих пор остается кем-то вроде могущественного демона – хотя ему, наверное, польстило бы сравнение с газетным магнатом.

В течение нескольких месяцев всем казалось, что Мердок осуществит эту сделку. В сделке участвовал консорциум ведущих американских компаний, в том числе Microsoft и Liberty Media, и цена, предложенная ими, равнялась приблизительно $70 млрд. В феврале 2001 года Financial Times сообщила, что сделка вот-вот будет заключена. И вдруг в марте председатель Hughes Corp. Майкл Смит на совещании инвестиционного банка Morgan Stanley в Нью-Йорке заявил, что «эта сделка для нас бесполезна, и мы не намерены продолжать. Вот так. Эта сделка для нас недостаточно выгодна. И точка». Смит также намекнул, что он поговорит об этом и с руководством других компаний.

К обсуждению злополучной сделки в США вернулись только в мае, когда Мердок лично объявился в офисе руководства General Motors в Детройте. Однако в августе палки в колеса начали вставлять конкуренты – в бой вступила американская спутниковая телевизионная компания EchoStar со встречным предложением цены $22,6 млрд. Потом была атака террористов 11 сентября 2001 года, доходы News Corporation с рекламы резко упали, цены на акции компании поползли вниз, и сделка снова оказалась под угрозой.

В деловой прессе сообщалось, что Мердока заставили понизить назначенную им цену примерно на $1 млрд.