Миа говорил, что когда он пришел на вершину Горы Вождей, то обнаружил там два бизоньих черепа. Один из них, по его словам, служил подушкой во время поста одному древнему, могучему воину, которого звали Орлиная Голова. Но вот кто принес туда первый череп, никто не знал. Конечно, это был кто-то из очень древних воинов нашего племени.

Под старость Миа очень любил рассказывать про те ужасы и неудачи, которые с ним происходили до тех пор, пока он наконец не обрел силу преодолеть свое постоянное невезение и злой рок. Я хорошо помню, как он в последний раз рассказывал об этом. Мы собрались в жилище Тяжелого Бегуна, Миа был с нами, и Тяжелый Бегун, который только что вернулся из безуспешного набега на табуны ассинибойнов (Перерезающих Глотки), рассказывал про преследовавшее их несчастье.

Когда Тяжелый Бегун закончил свой печальный рассказ, Миа сказал:

"Друг, твои неудачи не могут сравниться с тем злым роком, который преследовал меня во всех моих делах в течение многих зим. Последняя же неудача, которая со мной произошла, была самой жестокой из всех. Из-за постоянных несчастий, которые со мной случались, обо мне все говорили как о неудачнике. Из-за этого вожди боевых отрядов отказывались меня брать с собой, они боялись, что я накличу на них беду. Самые близкие из моих друзей не хотели охотиться со мной. Даже обе мои жены перестали меня любить. Они не улыбались, когда я был с ними. Молча, сжав рот и стараясь на меня не смотреть, они ставили передо мной еду или занимались хозяйством. О, каким же несчастным, каким печальным я был в те времена!

И вот однажды ранним летом я сказал своим женам:

- Приготовьте-ка мне две пары мокасин, простых мокасин, без узоров. Сложите их, шило, нити из сухожилий, священную краску, кремень и сталь, запас пеммикана в мой боевой мешок. Я собираюсь в поход за скальпами и лошадьми ассинибойнов.

И тогда моя жена по имени Норка сказала:

- Какой же ты все-таки нерадивый, что оставляешь своих жен с запасом мяса, которого едва хватит на два дня. Прежде чем отправляться на войну, пойди и принеси нам мяса жирной бизонихи, чтобы мы могли насушить его впрок.