Несколько минут он лежал на полу, приходя в себя. Потом встал и побрел к машине. Сел за руль. Поддал газу.

Только выбравшись на шоссе, Игорь стал приходить в себя, вспоминать что произошло. Вспомнил и испугался.

В уме, в лихорадочном борении путаных мыслей, рождался план, позволявший уйти от ответственности. Надо было бросить машину, загнать ее в место, где ее трудно найти, потом сказать, что ее угнали, и остаться в стороне от случившегося.

Подходящее место найти удалось без труда. Он подогнал джип к краю крутого откоса, под которым лежал глубокий овраг. Заглушил мотор, выключил скорость, вылез из машины, зашел сзади и толкнул ее вперед.

Джип стал медленно сползать вниз.

В американских фильмах, где показывали автомашины, слетавшие под откос, их падение обязательно сопровождалось эффектными взрывами. Над столкнувшимися лимузинами вверх взмывали огромные клубы оранжевого огня и черного дыма. Взвивался гриб, похожий одинаково на ядерный взрыв средней мощности и вулканическое извержение. Раскатистый грохот сотрясал воздух. Вверх и в стороны из клуба огня и дыма со свистом разлетались рваные куски металла. Короче, все выглядело жутко и впечатляюще.

Когда джип, подпрыгивая на неровностях, покатился вниз под обрыв, Игорь, повинуясь инстинкту самосохранения, упал на землю, прижался к траве. Стать жертвой взрыва собственной машины ему не хотелось. Не поднимая головы, он присушивался к звукам, которые доносились из темноты. Там шуршали кусты, через которые прорывался джип, скрипели камни, задетые колесами, брякала распахнувшаяся на ходу дверца.

Дождавшись, когда все стихнет, Игорь собирался уйти, как вдалеке по дороге, которая тянулась в гору, за перегибом высоты размашисто полоснули по темному небу яркие лучи фар.

Игорь понял — вот-вот из-за гребня покажется машина. Он отбежал от дороги и упал в кусты.