И вдруг оба смолкали и не глядели друг на друга. Разговор не клеился. Они чувствовали, что напрасно стараются обмануть друг друга и как мучительно тяжело обоим.

И после обеда, притихшие, словно бы виноватые, они сидели вдвоем на маленьком диване в спальной и молчали. Каждый думал про себя, стараясь казаться спокойным.

Часу в восьмом раздался звонок, и Рябкин вошел с докладом, что пришел капитан второго ранга Никулин.

"Что ему надо?" - подумал Загарин.

Он приказал просить в кабинет и, вставая, сказал жене:

- Сейчас сплавлю его, Вера.

- Поскорей!..

В маленькой комнате, служившей Загарину кабинетом, где на диване, после прежних ранних обедов, Виктор Иванович обыкновенно играл с Викой, - стоял красивый брюнет с бегающими глазами и, особенно крепко пожимая руку Загарину, проговорил:

- Извини, Виктор Иваныч, что ворвался. Я на пять минут.

- Садись, Николай Сергеич...

- Ты, Виктор Иваныч, ведь отказывался от назначения?

- Да.

- И остаешься при своем желании?

- Так что же?

- А то, Виктор Иваныч, что еще можно отменить приказание...

Загарин изумленно взглянул на товарища.

- Я тебя не понимаю, Николай Сергеич.

- Поймешь, Виктор Иваныч, и скажешь спасибо товарищу... Завтра же едем на первом пароходе в Петербург...

- Зачем?

- Я отвезу тебя, Виктор Иванович, к одной даме...

Загарин нахмурился и спросил:

- К какой даме... И при чем дама?

- Очень милая дама... Ну, одним словом, увидишь... Проси ее, чтоб тебя не посылали, а уж это мое дело, чтоб она устроила мое назначение... И ты будешь доволен, что останешься, и я, что уйду командиром "Воина"... Понимаешь, Виктор Иваныч?