- А здесь, в Санкт-Петербурге, повторили бадаевский опыт? любопытствуя, спросил Павел.

- Увы, никто не знает этого здесь! - пожал плечами Архипов. Известно только, что сталь Бадаева вначале уступала английской, а ноне превзошла ее! Горный департамент столь заинтересовался сим талантом, что решил выкупить Бадаева у владельца Рагозина, но тот запросил за него три тысячи рублей ассигнациями.

"Человека покупают и продают, как собаку!" - хмуро подумал Аносов, и на душе стало вдруг горько. С горячностью молодости он воскликнул:

- Какая несправедливость! Такого человека непременно надо выкупить! Ему простор нужен!

- Вполне согласен с вами! Но... но давайте сейчас о другом. - Архипов придвинулся к ученику и заговорил со страстью: - Железо - многотрудный металл. Его очень много нужно человеку, и люди издревле совершенствовали добычу его. Гомер воспел его. Послушайте! - Профессор поднялся и нараспев продекламировал строки из "Одиссеи":

Расторопный ковач, изготовив топор иль секиру,

В воду металл, - на огне раскаливши его,

чтоб двойную

Крепость имел, - погружает, и звонко шипит

он в холодной

Влаге...

Помолчав, профессор положил руку на плечо ученика и доброжелательно сказал:

- Это превосходно, что вас интересует металлургия. Помните, молодой человек: русский богатырь с мечом в руке преградил дорогу врагу и сберег нам отчизну! Вы почаще заглядывайте в музей, вникайте в то, какие великие искусники жили на Руси. Перенимайте хорошее, мой друг.

Аносов зачастил в музей и кабинеты, в которых были выставлены модели разных машин, железные и стальные изделия. Здесь в витринах размещалось каспийское фигурное литье, кровельное и шинное железо с демидовского Нижне-Тагильского завода, бритвы и пилы - со Златоустовского. И особенно радовали глаз Павлуши металлические предметы, изготовленные на родных Камско-Воткинских заводах. Перед мысленным взором Аносова вставал слегка сутулый дедушка Сабакин. С добродушным видом он как бы шептал внуку: "Видишь! Учись, как надо трудиться. Ради народа надо быть щедрым в труде!".