"Никакой завершенный психоанализ, – писал Жак Лакан, – не устраняет последствий комплекса кастрации в бессознательном мужчины и зависти к пенису в бессознательном женщины"[Лакан 1997: 137].

Почему же все-таки страх потерять пенис и зависть из-за его отсутствия является таким универсальным, почему он страшнее даже страха смерти? Откуда берется комплекс кастрации?

На первый вопрос Фрейд ответил в одной из своих поздних работ, где он, опираясь на воззрения одного из своих учеников, Отто Ранка, создателя теории "травмы рождения"[Rank 1929], пишет, что страх потерять член связан с первоначальным страхом, сопровождающим появление человека на свет. Ведь при этом происходит отделение тела ребенка от тела матери. Маленькое тело ребенка, отделяющееся от места, где должен находиться фаллос, отождествляется в бессознательном человека с самим пенисом[Freud 1981]. (Для женщины отождествление пениса с ребенком связано с фантазией о том, что у нее в теле находится пенис-ребенок, что служит манифестаций желания коитуса (первоначально, в Эдиповой стадии, – с отцом, обладателем большого пениса) и желания иметь настоящего ребенка.)

Таким образом формируется первое главное отождествление, которое будет играть важнейшую роль в дальнейшем обсуждении нашего предмета. Это отождествление фаллоса с его обладателем, с субъектом. Хуй – это человек. Более того, хуй это не просто человек, хуй – это я сам, или, как говорят психоаналитики, "собственное я". Поэтому утрата хуя равнозначна утрате собственной идентичности, собственного Selbst, а это страшнее смерти, потому что при своей смерти человек не присутствует, а уничтожение "собственного я" (реально представляющее собой психоз, утрату связи с реальностью) переживается им как ужасающая катастрофа.