Оборонительная направленность советской военной доктрины проявлялась и в максимальной сдержанности Советского Союза в боевом применении бомбардировочной авиации в послевоенных конфликтах. Если американцы широко использовали свои бомбардировщики в Корее (Боинг В-29, Дуглас В-26, Норт Америкен В-45), Юго-Восточной Азии (Боинг В-52, Дженерал Дайнэмикс F-111), в Персидском заливе (В-52, F-111, Локхид F-117), то из советских ударных самолетов в Корее самыми массовыми были «бомбардировщик» По-2 (легкий учебно-тренировочный самолет довоенной разработки, переделанный для ночных, в основном, беспокоящих налетов) и штурмовик Ил-10, а во Вьетнаме СССР ограничился лишь несколькими боевыми вылетами Ил-28. Наиболее интенсивным было, наверное, применение Ту-16, Ту-22/22М и Су-24 в Афганистане, да и то это были эпизодические операции, несравнимые по масштабу с американскими. Подсчитано, например, что «коврами» бомб, сброшенных с американских самолетов, было покрыто 26% территории Южного Вьетнама. Специалисты-экологи полагают, что по масштабам разрушений и долговременным экологическим последствиям такое бомбометание фактически сравнимо с оружием массового поражения. Российские же бомбардировщики с наибольшим размахом, пожалуй, участвовали в боевых действиях в составе зарубежных ВВС: например, Египет и Ливия использовали поставленные им соответственно Ту-16 и Ту-22 для ударов в ходе войны с Израилем 1973 г. и во время операций в Чаде.

В отличие от Запада, иногда переоценивавшего авиацию, в практике построения российских ВВС не раз допускались крупные ошибки, связанные с недооценкой авиации. К началу Великой Отечественной войны не было развернуто массовое производство современных бомбардировщиков для замены устаревших ТБ-3.