- Так, может, зайдете? - распахнул он калитку. - Вот это гость. Милиция из области по пустякам не ездит...

- А-а, - явно преуменьшил свою миссию Шугалий. - Всякое бывает. Вот утонул у вас один на той неделе...

Хозяин хитро покосился на Шугалия: мол, задуривай головы другим, а мы не лыком шиты, - разве у нас в районе своей милиции нет, чтобы заниматься утопленником?

- Озеро у нас серьезное, - произнес он значительно, - а летом курортники наезжают. Туристы патлатые костры жгут, водки назюзюкаются и в воду...

У нас утопленники - не диво.

Опровергнув таким образом версию Шугалия, он уставился на капитана, что, мол, теперь запоешь? - но тот решил не разубеждать хозяина.

- Ветврач у вас утонул, может, слышали? - спросил Шугалий.

Ничипор Спиридонович оживился.

- Знал его, хороший был ветеринар. Когда корова у меня заболела...

Болезнь коровы, очевидно, была событием в жизни дядьки, и он собирался обстоятельно рассказать о ней, но это не устраивало капитана.

- Странно... Вот вы говорите, что в бурю с озером не шутят... А ветврач это хорошо знал, в Озерске же родился...

- Мы и сами удивляемся. Бывает, неожиданно налетит ветер, может, и у него было такое цыганское счастье.

- Или лодка плохонькая.

- Поговаривают теперь про этот случай много чего, так слыхал, что делал лодку ветеринару Балега, а Балеговы лодки лучшие в Озерске. Я тоже хотел ему заказать, да дорого берет, черт бы его побрал, пришлось самому. Видели, какая красавица, Балеговой не уступит.

- Конечно, не уступит, - потешил его самолюбие Шугалий. - Ну, стало быть, до завтра...

Он ушел, чувствуя, что Ничипор Спиридонович провожает его долгим взглядом, небось жалеет, что загнул про рубль в час, старый воробей, на метр под землей видит, а тут не отличил капитана милиции от обычного курортника...

Эта мысль почему-то развеселила Шугалия, и он оглянулся: Ничипор Спиридонович действительно стоял у калитки и смотрел ему вслед. Шугалий махнул на прощанье только рукой.