Вообще Шугалий считал это недостатком для оперативного работника - таким обычно не хватает смекалки и гибкости, широты воображения, но они последовательны в разработке основных версий, их трудно сбить с определенного пути, они скрупулезны в рассмотрении и анализировании фактов, что и делает их прекрасными помощниками, образцовыми исполнителями.

Уловив напряженный взгляд Малиновского, капитан заметил, как у него чуть-чуть подрагивают скулы.

Шугалий начал ровным тоном, медленно, будто давно знал лейтенанта и давал ему очередное задание:

- Мы получили черновик заявления Завгороднего, и нам с вами поручено установить подлинную причину его смерти.

Желваки у Малиновского напряглись, он немного помолчал и ответил:

- Я внимательно изучил материалы, полученные в райотделе милиции. Обвинить следователя в небрежности трудно. По крайней мере, ничто не давало ему оснований заподозрить убийство. Завгородний рыбачил обычно либо один, либо с Ивасютой, метранпажем нашей районной типографии. Это подтверждают сестра Завгороднего и его сын, а Ивасюта в воскресенье был дома.

- А следователь уверен, что Завгородний в тот день рыбачил?

- Он взял из дому спиннинг и садок для рыбы.

- Когда поехал на рыбалку?

- Около шести. - Желваки Малиновского снова заиграли, и он сказал: - В материалах следствия, правда, есть упоминание о том, что сестра Завгороднего сообщила, будто на рассвете к ним кто-то заходил.

Я разговаривал со следователем. Говорит, что не придал этому значения. Подумал, может, кто-то из соседей по каким-нибудь делам. Мол, для чего убивать?

Завгородний в Озерске тридцать лет ветврачом, ну, корову кому-нибудь не вылечил или акт в колхозе отказался подписать, но ведь за это не убивают...

- Конечно, не убивают, - согласился Шугалий. - Следовательно, в милиции считают, что это просто несчастный случай?