Внимательно изучив содержание папки, Шейлик вернул ее гостю.

– Меня это вполне устраивает. – Достав из ящика стола очередную сигару, толстяк тщательно осмотрел ее, затем золотой машинкой обрезал конец. – Мистер Эдвардс, правильно ли я понял, что вы готовы заняться и не вполне законными операциями, лишь бы вам хорошо платили?

– Я хотел бы кое-что уточнить, – улыбнулся Гарри. – Что вы имеете в виду под словами «не вполне законные»?

– Речь идет о трудной, расходящейся с нормами этики работе, не имеющей отношения к полиции, но весьма выгодной.

– А не смогли бы вы сказать мне что-то более определенное?

– Я предлагаю вам три тысячи долларов в неделю за работу сроком три недели. По ее окончании у вас в кармане окажутся девять тысяч долларов. Работа связана с некоторым риском, но я вам обещаю, что полиция ни во что не станет вмешиваться.

Гарри словно застыл на месте. Девять тысяч зелененьких!

– И в чем же заключается риск?

– Будет сопротивление. – Шейлик посмотрел на кончик сигары бесстрастными выпуклыми глазами. – Но ведь жизнь состоит из противоположностей, разве не так, мистер Эдвардс?

– Что именно я должен делать/чтобы заработать эти деньги?

– Об этом вам сообщат нынче вечером. Вы будете не одиноки. Риск и ответственность будут распределены между несколькими лицами. Единственное, что я должен сейчас сделать, – это выяснить, согласны ли вы выполнить работу сроком три недели за девять тысяч долларов.

– Да… Готов, – не колеблясь ответил Гарри.

– Хорошо, – кивнул Шейлик. – Тогда вы должны прийти сюда сегодня вечером в двадцать один час. Я познакомлю вас с остальными членами команды и объясню ваши задачи. – Слабо махнув пухлой рукой, толстяк дал понять, что разговор окончен.

Пилот поднялся.

– Прошу вас никому не сообщать о своем задании, мистер Эдвардс, – добавил он. – Можете считать его совершенно секретным.