Кивком головы Рябченко дал понять чекистскому генералу, что именно так все и было.

— Значит, Щелоков поручил вам найти останки царской семьи, — продолжал Климов, — и что же? Вы нашли их?

— Да, — подтвердил Рябченко. — Я нашел их.

— А что было потом? — поинтересовался Климов. — Где они сейчас?

— Потом, как вы знаете, у Щелокова начались дикие неприятности, и ему стало не до царских костей. Я нашел захоронение, вскрыл его, но потом все закопал обратно, отметив место.

— Так они там и лежат, где лежали? — спросил Климов.

— Да, товарищ генерал, — подтвердил Рябченко.

— А почему пришлось это захоронение искать? — поинтересовался Климов. — Разве в документах место захоронения не отмечено достаточно точно?

— В документах, — объяснил тот, — много неточностей. Там говорится, что тела растворили в кислоте, сожгли и бросили в шахту. Мои исследования показали, что это не так. Признаюсь, я долго искал. Мы начали работы в 1975 году, а нашел я захоронение четырьмя годами позже.

— Хорошо, — согласился генерал — представьте рапорт по поводу поисков и доказательств, что найденное захоронение действительно является могилой царской фамилии, как вы уверяете. Затем вы с моими людьми полетите в Свердловск и доставите останки сюда, ко мне. Вам ясно?

— Не совсем, — подумав, проговорил Рябченко. — Я понял из ваших слов, товарищ генерал, что покойный министр Щелоков, используя мои знания и опыт, пытался втянуть меня в опасное преступление. Хочу напомнить, что в настоящее время я не работаю больше в системе внутренних дел. Я кинодраматург, т.е. фактически, частное лицо. И прежде чем выполнять это поручение, я хочу знать, не втягивают ли меня в какое-нибудь противозаконное действие.