На дороге видим и первые солдатские могилы. Их две. Здесь шли ожесточенные бои. Нам тоже будет нелегко. По обе стороны дороги выгоревшие дома.

Вот уже час мы стоим на месте, все вокруг спокойно. Уж не затишье ли перед бурей?

И вдруг начинается неистовый фейерверк. Оказывается, нас быстро обнаружили, и из деревни, что в 500 метрах, по нам открывают огонь. Ничего не разглядишь — деревню скрывает густой кустарник. Из круглого церковного купола русские обстреливают нас из пулемета.

Слева подъезжает ничего не подозревающий связной-мотоциклист. В десятке метров от него хлещет пулеметная очередь. Он тут же ныряет в придорожную канаву.

Наши 2-см орудия наших тяжелых бронемашин ведут огонь по церковной башне, и вскоре почти сносят ее. Один за другим загораются дома. Противотанковое орудие 3-й роты и еще несколько пехотных пушек ведут огонь и по деревне.

В 3-й роте нашего разведбата один наш товарищ получил ранение в бедро, он первый раненый в батальоне. Продолжаем движение, слева и справа от нас продвигаются войска. Путь следования забит техникой и транспортными средствами. Приходится объезжать. Колонна, извернувшись змеей, обходит затор.

Около 18 часов встречаем еще один танково-разведывательный батальон. Едва мы сворачиваем на поле, как двигатель, чихнув, замирает. Дальше следовать не можем и остаемся. Наш батальон отправляется дальше. Мы, не мешкая, начинаем устранять неисправность. Наш водитель Флизенберг снимает кожухи.

Около 19 часов приходит полевая кухня, мы получаем довольствие.

Водитель вновь пытается запустить двигатель. Прислушавшись, устанавливаю, что стучит крыльчатка — радиатор неплотно закреплен.

Начало лучше некуда! И мы в темноте пытаемся закрепить радиатор и, закончив, едва стоим на ногах от усталости.