На потных лицах отложился ее плотный слой, который хрустит между зубами! В 13.00 я догоняю батальон на шоссе. По нему движется множество колонн, которые из-за пыли значительно сбавили ход. Я задумываюсь о тех пилотах, которые едва ли три часа назад так зло прошлись «граблями» по нам. Я не знаю, почему употребил именно это слово, но оно, пожалуй, лучше всего подходит к характеру того обстрела, который летчики вели по нам. И все же мы спаслись! Однако должен же иметь человек и счастливую судьбу! Мы беспрепятственно подъехали к новым квартирам. Быстро получили информацию, в каком доме должны расположиться, заняли помещения. Солдаты уже копают около домов себе окопы, приговаривая: «Кто выкопает глубже, у того больше шансов выжить!» Я могу сообщить батальонному квартирмейстеру, что весь мой взвод благополучно дошел до квартир, не потерпев ущерба. Это обнадеживающий доклад. В отставшем обозе (в километре позади) где-то застряла почта! Ночью иван сердится, и нам постоянно надоедают стрекочущие «швейные машинки» — легкие русские учебные самолеты У-2. На этот раз они совсем близко от нас.
13 августа 1943 г. Наши ближайшие перспективы могут считаться довольно стабильными. Приказано отступать к речке Ворскла, хотя Ахтырка еще находится в наших руках. Это мало что меняет, но, разумеется, понимают приказ далеко не все. От Миусса прибывают к нам резервы дивизии СС, которые должны усилить наши позиции. Соблюдается девиз: «Нападение — самая хорошая защита!»
Отступление от Кременчуга