- Вы не обслуживаете 33-й? - повторил я.

- Обслуживаю, но они на месяц уехали.

- Кто они?

Некоторое время он раздумывал.

- Семья Майерс.

- Мне казалось, что теперь здесь живут Хардвики.

Молочник поставил корзину на землю и сдвинул шляпу на затылок.

- В настоящее время здесь никто не живет, - ответил он, почесывая лоб. - Иначе я бы знал об этом. Людям ведь нужно молоко, а доставляю его сюда только я.

- Понятно, - сказал я, хотя, откровенно говоря, ничего не понимал. Вы не думаете, что они могли сдать дом кому-нибудь в аренду?

- Я обслуживаю мистера Майерса уже в течение восьми лет, и за это время он никогда и никому не сдавал дом. Он всегда уезжает в это время в отпуск.

Молочник поднял корзину, и я понял, что разговор со мной ему порядком надоел.

- Вы не знаете здесь Джона Хардвика? - спросил я без особой надежды.

- Такого здесь нет. Иначе я бы знал. - Кивнув мне, он сел в грузовик и поехал к дому 37.

Моей первой мыслью было проверить адрес: может, я что-то перепутал. Но я хорошо знал, что это невозможно. Хардвик ясно назвал адрес и даже записал на карточке. Выходит, мне заплатили триста долларов за ночное дежурство у пустого бунгало? Может быть, молочник ошибается, и в доме все же кто-то есть? Я вернулся к дому 33 и снова открыл ворота. Мне не понадобилось заходить внутрь чтобы убедиться, что дом пуст... У бунгало был нежилой вид. У меня появилось неприятное чувство. Не собирался ли этот таинственный Хардвик убрать меня с дороги на эту ночь? Трудно поверить, чтобы человек, находящийся в здравом уме, мог выбросить триста долларов только за то, чтобы убрать меня на двенадцать часов. Я ведь не какая-то там важная персона. Эта мысль не давала мне покоя.

Внезапно мне захотелось побыстрее попасть в свою контору. Это в данный момент было важнее, чем душ и бритье.

Я сел в машину и поехал в город. Уличное движение еще не было интенсивным, и я добрался до конторы за несколько минут.