- И знаешь что? - неожиданно прибавила она, - ты живи у меня на даче... К чему тебе ездить из Кронштадта?

- Что ты, с ума сошла, Нина? - испуганно воскликнул Скворцов.

Нина Марковна усмехнулась.

- Ты знаешь, кто подал эту счастливую мысль?

- Кто?

- Ванечка... Он еще сегодня говорил мне об этом, жалел, что ты будешь жить в пыльном, душном Кронштадте, и сам тебе предложил перебраться на дачу... Ты разве не рад этому?

- Иван Иванович предложил? - изумился Скворцов, решительно не понимавший, до чего может идти простота адмирала. - Ты говоришь, Иван Иванович? - повторил он.

- Чему ты так удивляешься?

- Но это невозможно... Это скандал... Я ни за что не перееду к тебе. Я не хочу тебя компрометировать. И, наконец, разве можно так злоупотреблять доверием Ивана Ивановича?

Адмиральша сделала недовольную гримаску. Напрасно Ника так боится всего. И с каких пор он сделался таким осторожным?

Однако она не настаивала на этот раз. Он может приезжать и иногда оставаться. Не правда ли?

"Я, может быть, буду далеко в это время!" - подумал Скворцов и, вероятно вследствие этого нежно ответил, что, конечно, будет приезжать так часто, как только возможно.

- Однако, уже без четверти пять... Едем!

Они взяли извозчика и поехали в гостиницу.

- И ты думаешь, что мы так и расстанемся, а я тебя оставлю одного, чтоб ты поехал в Аркадию? - вдруг сказала Нина Марковна.

- Но я не собираюсь в Аркадию... Я вечер буду у сестры.

- Нет, ты будешь со мной! - радостно воскликнула Нина Марковна. - У меня явился великолепный план. Это вместо утренней поездки. Я останусь в Петербурге. Скажу Ванечке, что не успела все купить, что нужно. Мы проведем вечер одни... Совсем одни... Ведь это так редко бывает... Поедем на острова, оттуда ко мне чай пить.

- А Иван Иванович?

- Ванечка сегодня вечером уезжает. Ему непременно надо быть в Кронштадте завтра рано утром. Ну что, доволен, что я останусь? Доволен? - понижая голос, полный страсти, говорила молодая женщина, прижимаясь к молодому человеку.