- Ну, значит, я порядочная скотина, Вася! - проговорил Скворцов, протягиваясь.

Неглинный не противоречил и снова опустил глаза на книгу.

- Но только ты, брат, слишком теоретичен и не знаешь женщин. Есть развитые и умные женщины, которые любят красивых балбесов без всякого внутреннего содержания... Мало ли таких жен... И они нисколько не считают себя униженными... Напротив, счастливы... Ты, верно, никогда не женишься!

- Пока не думаю.

- Трудно, брат, найти такой идеал любви...

- Можно стремиться к его приближению. Однако, не мешай!..

Некоторое время Скворцов молчал и снова спросил:

- Ты, Вася, любил когда-нибудь?

- Любил, - отвечал, несколько конфузясь, Неглинный.

- Замужнюю или девушку?

- Да ты чего допрашиваешь!.. Ну, замужнюю.

- И она тебя любила?

- Она и не знала, что я ее люблю...

- Зачем же ты не сказал ей?..

- К чему смущать несвободную женщину... И вообще, знаешь ли, я как-то боюсь их... Какое имею я право навязываться с своею любовью?

- Ты, Вася, фефела порядочная! - рассмеялся Скворцов. - Играя в молчанку, ты никогда не вызовешь любви... Она тебя любила?

- Не думаю. Но расположена была, это несомненно.

- И ты все молчал?.. Даже и рук не целовал?

- Циник!.. Не говори пошлостей!.. - воскликнул Неглинный.

И, внезапно оживляясь, проговорил:

- Я ее так любил целых три года, Коля, что ради нее готов был перенести какие угодно страдания. Ах, что это за светлое, прелестное создание!.. А ты, свинья: "целовал ли руки?"

"Совсем фефела!" - подумал про себя Скворцов и спросил:

- Хорошенькая?